Узел связи на космическом челноке размещался ниже ходовой рубки, хотя в подобных условиях говорить о том, что ниже, что выше, было неуместно. С другой стороны, в нормальных условиях эти понятия обретали реальный смысл, память хваталась за них и в моменты отсутствия притяжения. Аппараты, обеспечивающие межзвездную связь, помещались в небольшом помещении, две стены которого представляли собой экраны гигантских дисплеев. У дальней стены располагалась тройная, V-образная, создающая голографическое изображение плата.

– Несколько минут назад с Гленгарри пришло сообщение крайней важности, – сказал майор. Брови у Александра полезли вверх.

– Что-нибудь с матерью?

– Точно, – кивнул Маккол, – только с ней все в порядке. Беда с другой стороны, значит. Ну, в общем, она держит ситуацию под контролем… Я не хотел беспокоить тебя, но тут такие дела…

Ах этот говорливый Дэвис. Оратором его, конечно, не назовешь, но и слушать его порой настоящая мука. Александр устроился в кресле, пристегнулся.

– Давай включай, – обратился он к технику. Майор хмыкнул, еще раз прочистил горло и сам направился к пульту управления. Нажал на широкую, светящуюся малиновым светом клавишу. Сразу засветился большой экран, лицом к которому сидел Александр. На нем появилась эмблема Ком-Стара. В правом нижнем углу побежала нумерация, входной и выходной номер сообщения, а также вовсе непонятные значки.

Сообщение гиперимпульсной связи

09 мая 3057 года

Одностороннее, конфиденциальное

С Гленгарри на Гледис

Передается по системе Ком-Стара

Код «Голубая сьерра-2»

Затем нижняя цифра сменилась на четверку. Затем на тройку… Двойка, единица…

Ноль…

Экран погас, через мгновение засветился снова, на нем обозначилось женское лицо. Это была мать Александра.